28 февраля 2020

Летняя экскурсия, или Ромашки в Крыму

Бахчисарай. Часть шестая

Алёна, не тратившая силы на многоступенчатый переход, ожидая нашу многострадальную группу в тенёчке рядом с кафе, продолжала убаюкивать нас новым повествованием. В сладкой полудрёме под плавное раскачивание нашего лайнера мне мерещились замки, дворцы, монастыри. Без точных дат и скучных подробностей рассказ сливался в единое целое с дурманящим запахом разнотравья и плодовых деревьев. Мне мерещились танцовщицы из ханских гаремов с обнажёнными животами, а во рту всеми рецепторами ощущался вкус пряных вин.

Крым — земля сказочная и благодатная в прямом смысле слова. Красота самой природы и вкус воздуха, а так же величественность исторических построек здесь какие-то особенные. По себе сужу, что те, кто уже был в Крыму даже единожды,  рано или поздно вновь возвращаются в эти места. Бахчисарай занимает своё особое место во всём этом великолепии. Мне сам Бахчисарай показался крепким старым вином, которое надолго затуманивает и мысли, и чувства. Дороги, ведущие в Бахчисарай, на всём протяжении следования — в обрамлении гор. Они долгие, длинные и солнечные. На въезде в город, который больше похож на сельское поселение, из автобуса хорошо видны фруктовые сады и даже пасеки. А малоэтажные крестьянские домишки — в царстве и буйстве зелени. Едешь мимо всего этого, и остаётся только мечтать о хотя бы небольшом имении в этой местности. Закруглиться с мечтами, как обычно, помог голос нашего экскурсовода. Вежливым замечанием Алёна прервала болтовню оживших после беготни старушек на передних местах. Мы всем составом направлялись в частную гостиницу к татарской семье в центр города. Татар в Крыму великое множество, но отличить населения других национальностей довольно, как оказалось, не сложно. Мусульманская культура и обычаи в этих местах сильно превалируют над другими культурами, потому где, как ни у татар, остановиться на ночлег. Представляя какую-то немыслимую гостеприимность, ещё тогда я  подумал, что же там за такая огромная семья, которая готова принять четыре десятка гостей с разными вкусами и запросами.

Цепляясь боковыми зеркалами за ветки деревьев, наш автобус пробирался по узким улочкам к нужному месту остановки. Солнышко уже копошилось в вершинах мохнатых гор, норовя утонуть в зелени до следующего утра. Вечер медленно и бархатно опускался над нами. После бессонной минувшей ночи в кресле усталость и слабый звон в ушах поселились во мне основательно. Хотелось скорее уже что-нибудь закинуть в подсохший желудок и свалиться горизонтально на любую лежанку, пусть даже это была бы соломенная подстилка в хлеву у хозяина.

Развернувшись на узком пятачке, наш лайнер причалил к стенам из камня возле каких-то построек, напоминающих кафе на небольшой возвышенности. С поклажей, навьюченной на утлые плечи, «ромашки» просыпались из автобуса навстречу гостеприимству.

Кафе, к которому нас подвезли, оказалось комплексом двухэтажных зданием гостиничного типа  с внутренним двориком, используемым, как летняя столовая. Тут были беседки с многочисленными татами, обложенные подушками для поглотителей восточной еды. Беседок с обычными столами и лавочками гораздо меньше, но всё же есть. Изучив, по случаю, внутреннее наполнение татарского быта, ведомые нашим гидом, мы послушными барашками потопали на размещение. Хвалебные оды о татарском гостеприимстве чуть было не разбились об небольшое недоумение, которое случилось немного позднее. Вышедший к слегка взбудораженному собранию людей, хозяин гостиницы попытался успокоить толпу заверениями, что всё под контролем. Представился молодой мужчина Рустамом и сразу попытался взять, как говорится, быка за рога. Слишком бойкие «ромашки», наученные, скорее всего, горьким опытом, распихивая основную людскую массу, обступившую молодого хозяина, попытались вытребовать личные преференции. Это вызвало неподдельное раздражение у владельца отеля. Намекнув на стадо баранов, Рустам повысил голос, попросив паузу для оценки ситуации. На мгновение стало как-то неуютно. К баранам, а тем более, к овцам, блеющим вразнобой, себя, Иру и Егора я никак не относил. Придержав прыть сына по поводу того, что нам может не достаться места в гостинице, спокойной троицей мы стали наблюдать ситуацию со стороны. Держа в руках телефон с копией списка, любезно предоставленной нашей Алёной по мобильной связи, Рустам вычленил сокровенную фразу, от которой загудела самая спокойная часть нашего сообщества и брызнула нервным смешком остальная часть группы. Оказывается, магическое число «двадцать пять» способно расшевелить даже детское сознание! В полной уверенности, что нас каких-то жалких не полных три десятка человек, хозяин стал раздавать ключи от бесплатных номеров. Когда самая удовлетворённая часть гостей, получивших ключи, стала расползаться по номерам, в игру вступила невозмутимая до этого галёрка. Алёна, сообразившая о том, что Рустам не владеет полной информацией, поспешила протиснуться сквозь толпу тянущих влажные и дрожащие руки к сонному сладострастию. Громко гудела мужскими басами, женскими тенорами и детскими контральто цифра сорок пять. Цифра 45 висела в воздухе, цепко хваталась за крыши построек, раскатывалась по верандам гостиного двора, шарахаясь от стен, и возвращалась обратно в толпу, её породившую. По расширенным глазам Рустама можно было понять, что фиаско с быстрым размещением «дорогих гостей» уже где-то на подходе. Мой бенефис на предмет вкусного ужина дал козыря растерявшимся не на шутку хозяину и подоспевшим на выручку молодым людям. Пригласив оставшихся без крова «ромашек» вкусно отужинать в кафе на территории гостиницы, молодой хозяин заверил, что за полчаса (максимум час) постарается решить данную ситуацию. На сытый желудок можно было бы и самому что-то предпринять, но коль в полностью оплаченном  экскурсионном туре числилось бесплатное проживание в гостеприимном татарском доме, то нехай сами бегают, решил я. Спустившись на сцену амфитеатра в кафе, мы стали подбирать визуально, где бы присесть.

Сидеть на корточках, изображая из себя мусульман или японцев, не было ни сил, ни желания. Поэтому, наскоро посовещавшись внутри семьи, мы решили присесть в кафе за привычный столик с лавочками и оставаться теми, кем мы, собственно, и приехали. Испытав на себе внимание услужливых официантов, покушали мы вкусно, но ощутимо дорого. Где справедливость, дамы и господа? Помилуйте, уважаемые граждане предприниматели, что у вас с ценами происходит?

Примерно через полчаса по выражению лица нашего экскурсовода Алёны, стало понятно, что неожиданная проблемка-таки решилась в лучшую сторону.  Посовещавшись между собой, Алёна и Рустам  пришли к какому-то общему знаменателю.  Отужинав в кафе на воздухе, с заплечными рюкзаками в руках мы прибыли с Ирой и Егором на первичное место сбора. Довольный быстротой собственного решения, Рустам любезно предоставил нам свой автомобиль для поездки в другой отель на соседнюю улицу, предложив себя в качестве водителя. Запах нового авто непривычно пронастальгировал в моих ноздрях, заставил вспомнить про свою «ласточку», оставленную на стоянке возле дома в Москве. Татарское гостеприимство через несколько минут пути по узким улочкам плавно перекочевало в армянское. Суховатый, высокий мужчина (хозяин нашего бесплатного пристанища) встретил нас возле своего жилища напротив чудаковатых деревянных воротин.

Представившись другом Рустама, Армен проводил нас на второй этаж постройки, напоминающей больничный корпус с длинными террасами. Оригинально. Скоро насевший с гор вечер не дал осмотреться на местности, поглотив всю «прелесть» пейзажа в один присест. Усталость накатывала безжалостно, скручивая спину, склеивая отяжелевшие веки.

Номер в гостинице нам достался на втором этаже – самый крайний справа. Вдохнув внутреннюю сыроватость каменного мешка с единственным пластиковым окном во внутренний дворик и входной дверью, нам всё-таки удалось расслабиться. Освободившись от заплечных нош, релакснув минутку на добротной двуспальной кровати, я выглянул за дверь во двор. Стемнело. Но по характерному шебуршанию и топающим звукам стало понятно, что заехала очередная партия «ромашек», занимая соседние с нами номера. Осталось лишь понять, насколько удобные сами кровати в номере, да и вообще, годится ли такой отдых для наших уставших тел. Изнутри предоставленный нам номер напомнил гараж дяди Вити, который похоронил старушку «Победу», но продолжающий дневать и ночевать в пустующем склепе по старой памяти. Общая стена из крупных бетонных блоков, покрашенная в белый цвет, переходящая в каменную кладку из неровных булыжников, напомнила подвальное помещение незадачливого дачника. Во всём этом великолепии ималась даже дверь в клозет с душевой кабинкой (из камня) выложенной весёленькой по цвету плиткой. О, Боже! В гостиничном склепе даже сантехника фаянсовая, и это не обычная дырка в полу! Фантастика! В наличии горячая вода из кранов и душа. Нажатие на кнопку слива бачка белоснежного друга — и тот шумно заурчал, бегло наполняясь водицей. На стенке над отдельной кроватью в уголке притаился японский кондиционер. Класс! Ирине во всём этом «волшебстве» больше всего понравились стеклянные лампы и светильники в восточном пестром стиле, мягко освещающие пространство номера и веранду второго этажа. Забегая вперёд, скажу, что после экскурсии в ханском дворце мы пробежались по узким улочкам в поисках этих украшений в сувенирном варианте.

Милое очарование, испытанное от настоящих удобств «звезданутых» номеров, сменилось тревогой от беспокойного собачьего лая за каменной стенкой. Такого соседства ночью уж точно не хотелось бы. И не шумнуть, и палкой не кинуть… Что там за зверь – не совсем ясно. И можно ли усмирить пёсий беспредел милостью палки?

Разобрав по косточкам аппаратуру для фото и видео, ставлю на зарядку аккумуляторы на грядущий день. Вечерний душ окончательно расслабил наши напитанные новыми впечатлениями организмы. Заведя будильники,  тихонько обнявшись с Ирой, мы угомонились в мягких подушках под мягким, невесомым одеялом. Егор на удивление спокойно воспринял отдельное место среди отдельной пещерной каменистости и быстро затих в ожидании нового дня. Закрываем глаза под лай неугомонных хвостатых охранников собственности. Эх, не проспать бы ранний подъём…

Утро втиснулось в нашу комнатушку синхронно с будильниками на телефонах. Приятная прохлада и лёгкая влажность воздуха внутри номера побудила отсрочить подъём на несколько минуток. Подталкивая друг друга локотками, мы с Ирой вяло побуждали себя проснуться окончательно. Впереди главное событие этого лета – день рождения пока единственного нашего дитяти. Именинник, зарывшись в мягком одеяле и уткнувшись носом в гостиничную подушку, мирно посапывал на отдельном ложе в самом тёмном уголке комнаты. До выхода «в свет» и прибытия нашего транспорта оставалось минут тридцать. Тщательно замаскированный в глубинах моего рюкзака подарок на день рождения уже ожидал на столике у окошка.

Утром взлохмаченный и сонный Егор радовался новому дню, прижимая новенький планшет к груди. В таком состоянии духа сынок всегда очень скор и послушен к родительским требованиям. Потому, он без лишних напоминаний взрослых быстро выполнил все утренние обязательные моционы, на которые в обычные дни у него уходило до часу времени.

Утро в Бахчисарае действительно сказочное. Осознав все неожиданные преимущества пред основной группой туристов, оставшихся в татарском гостеприимстве, ведомые свежайшим утренним благоуханием, мы отделившейся группой стояли внутри двора. Восторг Егора разделили не только мы – его родители, но и пожилые дамочки, вытащившие отдельным лотерейным билетом новое приключение. Гостиница вросшим придатком примыкала к высокой горе, к её гладкой отвесной части с желтоватой скальной породой. Внутри двора за чудаковатыми воротинами благоухал небольшой розарий, разлапистый кустарник граната и ещё несколько деревьев: магнолии и грецких орехов. Спонтанность посадки растительности не портила, а скорее придавала изюминку этому месту будто из сказки про Алладина. В каком ещё отеле во внутреннем дворике растут гранаты и кустовые розы?

Сполна осознав все преимущества, я вспомнил вечерний рассказ хозяина Армена про бывшего владельца этого места (известного короля кондитерских сладостей). Скажу за всех «Ромашек», что в это утро мы желали остановки быстро бегущего времени хотя бы на часик. Наша мама с замиранием сердца следила за ловкостью сына, который осуществил небольшое восхождение на скальный приступок метра на три вверх. Не увидев в моём взгляде осуждения или страха за единственное чадо, он немного попозировал мне на высоте для хороших снимков на фотоаппарат. Наши соседи по ночлегу (две шустрые подруги-старушки) под внимательным улыбчивым взором Армена, наблюдающего за нами с веранды второго этажа, продолжали изучать территорию. Девочка-подросток из нашей группы «Ромашек» осваивала лавочку-качели, а бабушка, с которой она была на экскурсии, мирно осматривала окрестности, слегка приоткрыв рот.

Выспавшиеся и бодрые «Ромашки» были в самом лучшем расположении духа, и это было заметно без особого труда. Даже самые ворчливые тёти и дяди из нашей отколовшейся волей судеб группы пребывали в восторге, обсуждая вслух между собой наш общий неожиданный VIP-статус. Сигнальный зов туристического автобуса, приехавшего за нами, заставил нас покинуть маленькую сказку и поспешить на посадку. Жаль покидать это место. Пообвыклись как-то, привыкли тут. Освоились.

Следующим номером в нашей общей программе значился ранний и, наконец-то, бесплатный завтрак. Откушав утренние блюда в отдельном том же кафе, куда нас снова доставил автобус, запив поверх всех случившихся с нами событий крепчайшим свежесваренным кофе, на выходе  мы встретили слегка озадаченную Алёну. Она обрадованная нашему хорошему настроению, сбивчиво стала приносить извинения за причинённые неудобства.  Самые расчувствовавшиеся дамочки из нашего общества обнимали её, уверяя наперебой, что всё получилось как нельзя лучше. Наша осчастливленная часть туристической группы, вернувшаяся из ссылки, трогала поочерёдно Алёну за руки, пыталась с придыханием донести свои восторги. Наш милый экскурсовод таяла во внимании и эмоциях на глазах. Основная группа туристов смотрела на всё это действие с плохо скрываемым безразличием.

Утренний призыв муэдзина с высоты минарета огласил окрестности звонким и протяжным голосом. Детишки наперебой засыпали вопросами сопровождающих и родителей по поводу происходящего. Хотя до кафе, рядом с которым мы стояли, до минарета довольно приличное расстояние, но сразу же сложилось ощущение, что всё это происходит где-то рядом. Окрестные горы эхом отражали красивое и необычное для нас событие. Погрузились в заплутавший на узких улочках наш автобус, который всё это время искал возможность где-то развернуться, тронулись дальше.

Поездка к главной достопримечательности — Бахчисарайскому Ханскому дворцу заняла на удивление всего несколько минут. Крымско-татарский заповедник с постройками времён османской империи – отдельным ансамблем зданий выгодно отличался на фоне современных низкорослых жилых и административных построек в восточном стиле. Небольшая площадь перед входом во дворец раскрывала всю значимость данного культурно-исторического сооружения. Пройдя входные ворота и все рамки металлоискателей, мы очутились в райском уголке широкой площади, утопающей в зелени деревьев. Восточный колорит и величественность остриев минаретов слева сменялись роскошным садом с фонтанами спереди. Справа дворцовые постройки с различными назначениями. Резные ажурные двери и решётки на окнах завораживали взгляд практически повсеместно, куда не посмотри. Белоснежные стены домов, цветная резьба по дереву и причудливые формы крыш своеобразно и ажурно контрастировали на фоне небесной лазури. Пожилая женщина-экскурсовод, набрав нужный темп, увлекла нашу группу за собой. Притормозив только на центральной площади для ознакомления, всей змеевидной толпой  входим в комплекс зданий. Внутри и мечеть, и ханский дюрбе, а так же бани, здания для собраний и приёмов, множество фонтанов и, естественно, гаремы для жён и наложниц.

Моя видеокамера работала почти без остановок, запечатлевая всё внутреннее великолепие, и роскошь османских ханов тех времён, останавливаясь лишь в длинных переходах между построек. Хотя золото и прочие драгоценности напоказ никогда не выставлялись — это было не принято и всегда хранилось отдельно, в местах скрытых от посторонних глаз. Времена были суровые и сложные. Убивали и султанов и их близких; травили так же и правителей, и шейхов. Восток – дело тонкое, и нам не понять всех интриг и заговоров тех времён. Но единственно, что можно было заметить, что не жалелись ни средства, ни время на обустройство внутреннего пространства и быт. Заметно даже обычному туристу, посещающему эти местах, что материалы для построек и оформления использовались самые качественнее и дорогие. Ценные породы дерева, материалов и тканей – видны невооружённым взглядом. Лучшие архитекторы и ремесленники тех времён не зря ели вкусный плов и пользовались благосклонностью хана Сахиба и его последователей.

Более всего запомнились красивейшие орнаменты на всех зданиях, ажурность решеток, спасающих от солнечного света, а так же колоритная восточная посуда и утварь из бронзы и меди, а так же кованные металлические украшения и предметы из дерева. Со стороны может показаться, что всё слишком величественно и даже помпезно, но в тоже время понимаешь, всё по-домашнему: просто и максимально приближенно к реальной жизни. Перенесённый вглубь дворца Бахчисарайский фонтан, воспетый Александром Сергеевичем в поэме, и ныне живёт и функционирует. Две розочки, превознесённые Пушкиным — дар таланту зодчего и создателю фонтана, до сих пор покоятся в чашах источника слёз. Конечно же, их освежают новыми срезанными бутонами работники музея в дань великому русскому поэту. Не стану рассказывать саму историю возникновения этого фонтана, надеюсь, единоличное прочтение поэмы и знание истории помогут каждому пережить всё на свой лад и в своём видении. Из рассказа гида стало известно, что дворцовый комплекс горел несколько раз в ходе войн или интриг, но не потерял своё величественное великолепие, бережливо сохраненное мусульманским и татарским наследием в наше время. Приезжайте сюда! Вас не разочаруют эти красоты даже в самые жаркие дни лета. Здесь всегда можно найти прохладу не только у действующих фонтанов и в тени деревьев, но и внутри зданий, благодаря особому их расположению, ландшафту местности и мастерству архитекторов и зодчих.

Восток – не только красота, но, как ещё и выяснилось, существенная дороговизна роскошных предметов, сделанных в большей массе вручную. Не хочу говорить о жадности, но, всё же: пробегав по местному восточному базару, мы так и не смогли найти общий язык с продавцами утвари и памятных предметов из одежды. Семейный бюджет был бы невозвратно обескровлен даже после покупки навесной лампы-светильника из яркого стекла, не говоря уже о более существенных или весомых сувенирах. Не солоно хлебавши, как говорится! В следующий раз и, скорее всего, не в самый разгар туристического сезона. Отложенная мечта – тоже мечта! Заедены и запиты все впечатления в современной кафешке неподалёку от дворца. С надеждой, что всё самое красивое и значимое сохранилось в цифровом формате, мы закончили нашу экскурсию в Бахчисарайском дворце.

Теперь нас ждал в сердце урочища Мариам-Дере самый закрытый (от посторонних глаз) православный Свято-Успенский пещерный мужской монастырь под легендарной крепостью Чуфут-Кале.

продолжение в следующей части…



Евгений Мирс

Опубликовано 28.02.2020 Евгений Мирс в категории "Рассказы и повести

Добавить комментарий