Обычная, неброская семья —
Жена и муж, и пара ребятишек.
Работа, быт — без траты время зря.
А вечерами — муж с блокнотом или книжкой.
Терпела долго женщина разлад,
Ворчала часто, мужа упрекала.
Мол, жизнь скучна, что катимся назад
И, что от быта очень уж устала.
Так ей хотелось дачный старый дом
Сменить на мрамор лестниц и хоромы…
Что мужа за глаза звала ослом,
Никчёмной серостью с подружками у дома.
Смотрела с женской завистью на тех,
Кто крышу крыл зелёным «ондулином».
А на соседский Мишкин громкий смех
На грядках выгибала кошкой спину.
Стройна была она и так свежа…
Супругу Ваське, вроде как, приглядна…
Покоя не давала мысль одна —
В богатстве жить, в благоухании сада.
За что, Господь, страдания эти все?
Неужто нет другой послаще доли?
Слезу украдкой пряча в тишине,
Мечталось ей о праздности, раздолье.
А Васька что? Муж, вроде, неплохой.
И дети с ним. Не скучный, не угрюмый.
В футбол играют во дворе гурьбой,
Но в жизни он какой-то уж беззубый.
Всё пишет что-то Вася в свой блокнот:
Стихи о жизни, глупые заметки…
«Работать бы в две смены точно смог…
Была бы счастлива, наверно, я и детки.
Спасибо хоть, что всё же не алкаш,
И на собрание ходит в школу нашу.
А может быть, к училке папка наш
Подбил уж клинья? Ох, уж эта Маша!
Последний раз я с ним поговорю,
На путь на истинный его не грех наставить.
А не поймёт, так вовсе разлюблю,
С судьбой мириться вряд ли кто заставит.»
О женской хитрости легенды и стихи…
И вот супруга ластится котёнком,
А после ночки Васенька скрипит…
Нет, не диваном — почерком неровным.
«Ну, что ж ты Вася, снова за своё?
Когда же денег принесёшь поболе?
Года бегут, пора бы нам жильё
Построить новое, а то живём, как в поле».
«Как мне их заработать? Что ты, Насть?
Зарплата на заводе неплохая…
Стараюсь я. Мы что, живём не всласть?
А как директором завода стать, не знаю.
А то, что Мишка — главный инженер,
Поверь, совсем не в ушлости заслуга!
И перестань, не ставь его в пример!
Ворует Мишка вместе с лучшим другом».
Закончен неприятный разговор.
Супруги разбежались по кроватям.
Бессмысленным и глупым был бы спор.
Но Настя разрыдалась: «С меня хватит!
Пиши… свои дурацкие стишки…
Я ухожу! Терпеть уж нету мочи!..
Устала я в саду носить горшки.
Хочу быть женщиной! И разговор закончен!»
Развод. А суд — все иски под клише:
Квартиру женщине, мужчине только дачу…
Василий, горькую хлебнувши в гараже,
И на плече у друга чуть не плачет…
А что же дети? Деткам — невдомёк.
Отца родного всё же не забыли.
На выходные, в праздничный денёк,
Украдкой, к папке в старый дом спешили.
Василий рад — быть день хотя б отцом,
Побыть с кровинками своими на природе.
Читал им на ночь сказки перед сном.
Подсолнухи растил на огороде.
Он маму деток, Настю, не судил.
Издал большую книжку детских сказок.
Он детям мир прекрасного дарил.
Остался честным, не приемля масок.
А что же женщина? Что в жизни у неё?
Жила супругой в доме с «ондулином».
В бассейне плавала, а Мишкино жильё
Роднее стало, чем сарай с хламиной.
Немного раздобрела, раздалась…
Одышка появилась от пробежек.
Из-за забора часто слышно: «Насть!
Подай рассольчик, толстая невежда!»
Завод закрылся. Нечего украсть.
Прокуратура Мишеньку под ручки…
И снова суд. Ну, что же за напасть?
А, может, просто несчастливый случай…

© 2018 — 2019, . Все права защищены. Частичное или полное копирование любых материалов данного сайта разрешено только с указанием активной ссылки на первоисточник!